Актриса мечтала об актерской славе, пока не встретила своего мужа. Потом семья стала для нее важнее.

Ирина Муравьева не любила смотреть на себя в телевизоре и на киноэкране. Она говорила: «Я себе не нравлюсь». Это осталось с ней на всю жизнь. Но она с детства хотела быть только артисткой. Настолько сильно, что подала документы во все театральные вузы Москвы сразу.


 Ее не взяли никуда, и даже вежливо порекомендовали оставить эту затею — ну, нет у вас актерских данных, займитесь чем-нибудь полезным.


Путь к мечте

Весь год она занималась чем-нибудь полезным: то швеей, то уборщицей, чтобы не сидеть на шее у родителей, поменяла несколько работ и следующей весной повторила попытку. Ее опять не приняли, и она отправилась в актерскую профессию обходным путем: через студию при Центральном детском театре, там конкурса практически не было.

Первые шаги были трудными. Приходилось учиться, подрабатывать, постоянно преодолевать какие-то трудности. Вот такого, чтобы расслабиться и наслаждаться жизнью — у нее не было.
Труд, верность мечте, упорство — эти три коня привезли ее потом к славе и зрительской любви.Ежики и зайчики

Ирина работала в Детском театре, играла второстепенные роли Зайчиков и Ежиков и была уверена, что так она приближается к мечте о высоком служении искусству. Ее фанатичная преданность работе вызывала у коллег какое-то даже сострадание: понятно, что в жизни у такой женщины будут только:

Работа.
Работа.
Работа.
Ну, иногда, не часто, может быть — незначительные короткие романы. Такие люди не для семьи. И как же все изумились, когда Ирина вышла замуж — быстро и навсегда.

Красивые глаза

Однажды к ним в театр пришел новый режиссер, Леонид Эйдлин — степенный, солидный, серьезный человек. Ирина просто ошеломила его своей искренностью, какой-то детской наивностью, распахнутостью навстречу миру. Он позвал ее в свою постановку и сказал, что ей идеально подходит эта большая роль:
«С вашими красивыми глазами!».

Ирина изумилась — не то, чтобы она не считала свои глаза красивыми, но она точно не ожидала услышать это от режиссера. Коллеги потом рассказывали: Леонид в первый же день понял, что Ирина станет матерью его детей.


Муравьева была слишком строга к своей внешности — многие мужчины считали ее хорошенькой. Яркая, энергичная, просто огонь! — многим казалось, что она может найти себе жениха поинтереснее, и такого, который не будет старше на 12 лет. Но уже скоро на сцене в спектакле «Сказка о четырех близнецах» Леонид надел на голову Ирине фату, потом они и вправду поженились.



А когда Ирина сказала, что скоро уйдет в декрет, это произвело эффект разорвавшейся бомбы.
«Ты что делаешь, у тебя такой талант, ты губишь свою карьеру!».

Но Муравьева только отшучивалась — семейное счастье было для нее важнее.

Для семьи

Семейное счастье первое время происходило в крошечной комнатке коммуналки. Стола не было — обедали на откидной крышке шкафа. И Ирина была просто одержима мыслью о уютном теплом доме, в котором ее муж и дети (через десять лет после рождения первенца у них появился еще один мальчик) будут счастливы. Поэтому — никаких бутербродов, она всегда готовила полноценные завтраки, обеды и ужины. Никаких съемок за пределами Москвы — она нужна своей семье дома. Ирина не жертвовала семьей ради карьеры, как многие другие актрисы, но сила ее таланта была такой, что в профессии она реализовалась в полной мере. Вышла из первого долгого декрета и уволилась из детского театра — играть зайчиков ей было уже не по возрасту, впереди маячили роли бабушек, а потом мудрых говорящих деревьев. Ее приняли в театр Моссовета. Там, среди живых легенд, было некомфортно.
Ирина пряталась за угол, когда ей навстречу шли Раневская или Плятт.

Она оставалась актрисой без званий и больших чинов, и все изменилось в один день, после фильма «Москва слезам не верит». Фильм получил «Оскар»! У нее не укладывалось это в голове. А потом был ошеломительный успех фильма «Карнавал».


Но нельзя сказать, что слава так уж радовала актрису. Когда к ней на улице подбегали незнакомые мужчины и горланили «Позвони мне, позвони» и просили номер телефона, она бледнела от обиды и злости:

«Как же вы мне надоели!»

С Леонидом они прожили больше сорока лет, до его смерти от инфаркта. Они с мужем были очень счастливы. Оказалось, что это и было ее самое главное счастье.